Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете

Аттребус визжал, забыв обо всем на свете. Каджиты завывали. Члены маленького отряда словно падали, но не вниз, а сразу во всех направлениях. Вздыбившийся полог пыли и пепла скрыл обе луны, душный, жаркий воздух смердел серой и железной окалиной.

Придя в себя, принц обнаружил, что стоит на гладком черном обсидиане. Впереди полыхали лавовые озера.

— Держитесь все вместе! — крикнул Сул.

Он осторожно шагнул в сторону, и вновь их охватили ни с чем не сравнимые ощущения. Теперь они оказались в кромешной темноте, наполненной звуками: вокруг раздавались стрекот чьих-то голосов и бешеная дробь многих сотен ног.

Они стояли в огромном дворце из цветного стекла.

Они Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете парили на ледяном облаке в пылающем небе.

Они плыли в темно-красной реке, задыхаясь от запаха крови.

Они блуждали в самом дремучем лесу, какой Аттребус когда-либо видел.

Лишь только он приготовился к следующему переходу, как услышал проклятия Сула.

— Что случилось? — воскликнул принц. — Где мы? Это Обливион?

— Да… — ответил данмер. — Нас остановили. Должно быть, он нащупал мою тропу и поставил ловушку.

— О чем ты?

— Мы сейчас на тропе, которую я проложил, чтобы удрать из Обливиона, — объяснил Сул. — Мне потребовались годы, чтобы ее создать. Она начинается во владениях Азуры и заканчивается в Морровинде. Я использовал сродство дагоновых ворот, чтобы войти Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете на мою тропу, проходящую там. И мы начали движение с середины дороги. Еще несколько поворотов, и мы были бы у цели, но… — Он поскреб щетину на подбородке и посмотрел на закрывающую небо листву, после чего пробормотал: — Нам еще повезло. До темноты остается время, и это дает нам надежду.

— Кто — он? Кто наш враг? — спросил Аттребус.

— Отец охоты — принц Гирцин, оборотень.

Откуда-то издалека донесся слабый зов рожка. Потом, с небольшим промежутком, еще один.

— За нами гонится принц дейдра?

— Мы называем его Голодным Котом, — вмешалась Лесспа. Она казалась взволнованной. — Я знала, что поход с вами принесет нам много чести Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете. Нет и не может быть более достойного противника, чем принц Гирцин.

— Может быть, — поморщился Аттребус. — Но я не собираюсь тут умирать, даже если моя смерть будет благородной и достойной.

— Ему не обязательно нас убивать, — рассеянно пробормотал Сул. Он оглядывался по сторонам, пытаясь хоть что-нибудь различить за могучими стволами деревьев. — Меня он просто захватил в плен и держал несколько лет.

— И как тебе удалось убежать?

— Это очень длинная история. Без посторонней помощи я не вырвался бы.

— Ладно, а что он намерен сделать с нами сейчас?

— Думаю, убьет. В той стороне тропы, — данмер ткнул пальцем, — находится выход из Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете Обливиона. Не тот, который я предпочел бы, если бы выбирал сам, но хоть какой-то.

— Ты уверен, что это не очередная ловушка?

— Гирцин всегда оставляет надежду, — сказала Лесспа. — Этим он отличается от других принцев дейдра.

— Она права, — согласился Сул. — Что же это за охота, если добыча не может убежать?

Вновь зазвучали рожки. К ним присоединился третий — как раз с той стороны, куда показывал данмер.

— Плохо дело, — заметил Аттребус.



— Это загонщики Гирцина, — пояснил Сул. — Не сам принц. Его рожок мы еще не слышали. Поверь мне, это ни с чем не перепутаешь. Но если мы прикончим загонщика, то появится надежда прорваться.

— Мы убьем его Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете! — оскалилась Лесспа. — Принц Аттребус! Садись позади меня. Сул! Ты поедешь на С'енджаре с Тааджем.

Аттребус запрыгнул на спину сенча. При отсутствии седла держаться было не за что, и принц не придумал ничего лучшего, как обхватить каджитку за талию.

Тигры сорвались в неспешный галоп — лишь чуть-чуть быстрее, чем движется бегущий человек. Лесспа сжимала копье в правой руке. У Тааджа Аттребус заметил такое же, а два других каджита вытащили из чехлов маленькие луки, тем не менее казавшиеся на вид весьма опасными.

Рожки запели опять. Теперь тот, к которому навстречу они скакали, звучал гораздо громче прочих.

Деревья закрывали обзор, поэтому Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете Гирцинова загонщика принц видел мельком, но на последних тридцати ярдах сумел хорошенько рассмотреть будущего противника.

Перед ними предстал могучий беловолосый нординг с длинными жилистыми руками и синими татуировками, покрывавшими обнаженное по пояс тело. Сидел слуга принца на огромнейшем медведе — Аттребус не думал, что такие бывают, — а рядом бежали четыре поменьше.

— Медведи! — выдохнула Лесспа: похоже, она радовалась предстоящему бою. Каджитка взмахнула копьем и выкрикнула парочку приказов на родном языке.

Стрелки дружно натянули луки и дали залп. Ша'джал внезапно рванулся с такой скоростью, что Аттребус едва не свалился. Окружающий лес смазался, превращаясь в разноцветные пятна, и лишь стремительно Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете приближающаяся цель оставалась четкой и ясной.

Оглушительно взревев, Ша'джал прыгнул на одного из медведей, оттолкнулся от него, взвиваясь в воздух. Прямо под ними загонщик замахнулся копьем с листовидным наконечником, который не уступал в длину обычному мечу, но недостаточно быстро, чтобы поразить огромную кошку, а Лесспа вонзила копье ему прямо в грудь. Сила толчка сбросила Аттребуса со спины сенча; больно ударившись плечом о землю, принц все же вскочил на ноги, поскольку помнил об окруживших его медведях.

И вовремя! Первый зверь уже бросился на него. Выхватив меч из ножен, Аттребус ударил наотмашь, но Высверк отскочил от крепчайшего черепа, а медведь, похоже Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете, только сильнее разъярился. Что здоровенному хищнику царапина на голове?

Медведь зарычал и встал на дыбы, норовя сграбастать Аттребуса когтистыми лапами, но открыл живот. Принц не замедлил воспользоваться оплошностью врага, вонзив Высверк по самую рукоятку. Зверь взвыл и повалился вперед, не думая умирать. Оружие вывернулось из ладони. Принц вскинул руки, прикрывая голову, и попытался откатиться в сторону.

Но не слишком-то преуспел. Медведь навалился всем весом, когти заскрежетали по звеньям кольчуги. Аттребус изо всех сил оттолкнул мохнатую тушу ногами и сумел вывернуться из-под раненого зверя. Подхватив меч, принц ударил медведя по шее, ощутив, как позвонки хрустнули под Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете напором стали.

Яркая молния осветила прогалину. Обернувшись, Аттребус увидел, что другой медведь, дымясь, тяжело рухнул на землю — это вступил в сражение Сул.

Беловолосый великан исчез, а на его месте сражалось с сенчами нечто, напоминавшее одновременно человека и медведя. Сильными ударами ему удалось отбросить двоих каджитов, но Ша'джал, накинувшись сзади, сомкнул подобные тискам челюсти на загривке загонщика. Прочие каджиты добили ездового медведя.

Вскоре все звери лежали, похожие на кучи окровавленных шкур.

Вербер хрипел и пытался высвободиться от хватки Ша'джала. Тогда Сул шагнул вперед и небрежным взмахом меча рассек его от промежности до грудины.

Сенчи принялись добивать остальных оборотней, вспарывая им Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете животы и перегрызая глотки. Аттребус едва успел вздохнуть раз двадцать, когда они уже закончили свою работу, а потом каджиты и данмер с принцем вновь забрались на спины тигров.

Вновь зазвучали охотничьи рожки. Судя по всему, один загонщик со свитой настигал их сзади, а второй приближался с левой стороны.

— Держись! — выкрикнула Лесспа.

«Зачем?» — едва успел подумать Аттребус, как сенчи рванулись вниз по склону холма, будто каменная лавина. Когда они выскочили из лесу, солнечный свет на мгновение ослепил принца, а тигры на полной скорости перемахнули через широкий поток и понеслись по заросшей травой равнине. Алое солнце касалось горизонта, окрашивая стремнину Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете в красный цвет. Впрочем, в Обливионе не стоило удивляться, повстречав реку крови. На юге — по крайней мере, принц думал, что это юг, — паслись несколько крупных животных, но исчезли вдалеке прежде, чем он смог рассмотреть их подробнее. Теперь стадо находилось между каджитами и одним из загонщиков, который приближался, трубя в рог, и Аттребусу очень хотелось надеяться, что животные хоть чуть-чуть задержат погоню.

— Степь похожа на нашу! — выкрикнула через плечо Лесспа.

Только тогда принц обратил внимание, что М'куар бежит без всадника.

— Где Дж'лаша? — спросил он.

— На пути Кенарти!

— Мне жаль.

— Он умер достойно. Не нужно горевать.

Стадо Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете антилоп с гнутыми рожками разбежалось с их дороги.

Лесспа похлопала Ша'джала по шее, и, когда сенч перешел на шаг, спешилась. Таадж и Сул последовали ее примеру.

— Другие загонщики все еще преследуют нас, — предостерег Аттребус.

— Сенчи отлично бегут на короткие расстояния, но им не хватает выносливости, — пояснила каджитка. — Им нужно восстановить дыхание. Тогда мы двинемся дальше.

Теперь они шли по берегу реки, прорывшей каньон глубиной не меньше ста футов. Принц не слишком обрадовался возможности быть прижатыми к обрыву погоней, которая может выскочить с какой угодно стороны, и напрямую заявил об этом Сулу.

— Мы идем по течению, — поразмыслив, сказал данмер. — Там склон должен Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете выполаживаться, и мы сможем спуститься. Врата, которые мы ищем, находятся в каньоне. Милях в двух впереди или что-то около того.

— Ты думаешь, у нас получится?

— Сам Гирцин не появится, пока не стемнеет. Он охотится со свитой оборотней. Все, что нам остается пока, — не подпускать близко загонщиков.

— Земля дрожит! — вмешалась Лесспа.

Аттребус тоже почувствовал, как мелко трясется скала под ногами. Сперва он подумал, что это особенность владений Гирцина, ведь легенды гласили, будто многие земли в Обливионе весьма изменчивы. Но, заметив приближающееся с юга облако пыли, понял, что слышит топот многих тысяч копыт.

— Думаю, вот это нам тоже не Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете стоит подпускать близко, — махнул он рукой.

— Загонщик! — зарычал Сул.

— Бежим! — звонко закричала Лесспа, запрыгивая на спину Ша'джала.

И опять сенчи огромными скачками понеслись вдоль края пропасти. Кто их преследовал, Аттребус не мог разглядеть — мелькали только коричневые тела.

— Вперед! — командовал данмер. — Видите? Вот оно — место, где мы спустимся!

Принц разглядел промоину в обрыве, но также он отлично видел быстро приближающееся стадо косматых толсторогих быков шести футов высоты в холке.

Невероятно, но сенчи еще прибавили скорости, стремясь достигнуть спасительного спуска. Но стена рогатых голов не отставала. От фырканья и рева закладывало уши.

Внезапно тигр с Сулом на хребте оттолкнулся Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете от края утеса и ринулся прямиком в пропасть.

Ша'джал тоже взвился в воздух.

Бездна разверзлась внизу, словно во сне. Казалось, что они парят. Рядом медленно-медленно проплывал утес… Ша'джал оттолкнулся от дерева, вцепившегося корнями в скалу, а потом Аттребус похолодел, увидев прямо перед собой шершавый камень.

Когда принц пришел в себя, то понял, что маленький отряд столпился на узком выступе, похожем на карниз. Ниже маячил узловатый ствол, спасший жизни ему и спутникам, а сверху сыпалась лавина косматых вонючих тел, не удержавшихся на краю. Аттребус посмотрел по сторонам — все каджиты и Сул стояли, прижавшись спиной к скале Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете. Мелкие осколки сланца падали им на головы, и оставалось лишь надеяться, что копыта быков не обрушат отвесную стену.

Мычащие, вращающие глазами, дрыгающие ногами быки продолжали падать.

Неожиданно Лесспа расхохоталась. Каджиты присоединились к ней, и даже принц захихикал, сам себе удивляясь.

И вот последний бык свалился в пропасть, и наступила тишина — даже шуршание камешков по осыпи стихло.

— Теперь быстрее, — сказал Сул. — Я думаю, мы можем спуститься вон с той стороны, но думать особо некогда — пора действовать.

Данмер оказался прав — от их убежища начинался промытый дождями овраг, по которому можно было спуститься на дно каньона. Тела разбившихся животных запрудили реку, в воздухе висел Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете густой запах крови, мочи и навоза.

Они пошли вниз по течению, перепрыгнули через небольшой ручей. Окончательно стемнело, и Аттребусу пришлось напрягать зрение, но каджитам и Сулу темнота не доставляла сложностей. Берег оказался неожиданно удобным — песчаный и ровный, а вскоре взошла луна, озарив каньон серебристым светом.

Выше пропели два рожка — совсем близко, почти над головой.

Им ответил еще один. От его невероятно глубоких, насыщенных звуков принц почувствовал себя кроликом, которого в чистом поле окружили волки. Потеряв голову от ужаса, он рванулся вперед.

Кто-то схватил его за плечо, вынуждая остановиться. Аттребус отчаянно дергался, пытаясь вырваться, пока не понял Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете, что его удерживает Сул.

— Легче! — проговорил данмер. — Не теряй головы!

— Это Гирцин! — пролепетал принц. — Все кончено.

— Пока еще нет!

Голос рога пронесся над пропастью, и, словно отвечая, залаяли волки.

— Держитесь рядом, — предупредил Сул. — Когда доберемся до места, придется поторопиться.

По обе стороны каньона возникли темные фигуры. Лай, рычание, рев зазвучали над головами беглецов, отражаясь от каменистых стен. Но по всей видимости, загонщики хотели лишь не дать им уйти, а право убить добычу принадлежало господину.

Они побежали, спотыкаясь и сбивая дыхание. Сул что-то кричал, но Аттребус не слышал его за шумом волчьей стаи. Оглянувшись, принц увидел обрисованный лунным сиянием силуэт человека огромного Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете роста с ветвящимися оленьими рогами на голове.

— Он здесь!

— Мы тоже почти на месте! — выкрикнул данмер. — Гляди! Впереди, где сужается проход! Нам туда! Быстрее!

И они мчались, не останавливаясь. Завывание приближалось. Казалось, клыки сейчас вопьются в затылок. Стены каньона сходились — вот уже между ними не больше двадцати футов.

— Еще шагов пятьдесят! — подбадривал Сул.

— Слишком много, — ответила Лесспа.

Она остановилась и сказала пару слов сородичам, которые, подчиняясь приказу, развернулись лицом к погоне.

— Мы догоним вас после того, как убьем его! — усмехнулась каджитка.

— Лесспа! — охнул Аттребус, но Сул схватил его за руку и потянул за собой.

— Не делай бессмысленной их Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете жертву! — прошипел данмер. — Ты отблагодаришь их, если выживешь!

Позади раздался боевой клич воинов-каджитов. Пронзительно взвыл от боли волк.

Принц сосредоточился, чтобы не упасть. Легкие горели.

Да, ему было страшно. Но он хотел стоять рядом с Лесспой и сражаться с ней плечом к плечу. Однако знал, что должен бежать — бежать, чтобы остаться в живых и продолжить борьбу.

Скалы сдвинулись еще теснее — до десяти футов. Река стремительно неслась по валунам, угрожая сбить с ног. Позади что-то с шумом плюхнулось в воду.

Еще один шаг!

Внезапно поток исчез, и Аттребус полетел в пустоту без дна.


documentamoahdp.html
documentamoaonx.html
documentamoavyf.html
documentamobdin.html
documentamobksv.html
Документ Глава седьмая. Аттребус визжал, забыв обо всем на свете